В прошлом году протестанты Евразии подводили итоги двадцатилетнего развития церквей в условиях свободы. Итоги лучше подводить, чтобы подумать о будущем. Посмотрим на сферу высшего образования, создаваемую евангельскими церквями в евразийском пространстве. Почему именно высшее образование? Студенчество и люди, продолжающие свое образование — это самая активная категория населения и от того чем они занимается и, в частности, где учатся, во многом зависит то, какими будут церкви по прошествии следующих 20 лет.

В 90х годах немало христианин откладывали в сторону профессиональную карьеру, некоторые даже бросали институты и стремились получить библейское образование, чтобы основное свое время посвятить служению Богу. Служение обычно понималось как различная церковная деятельность. Я не слышал сожалений от тех, кто выбрал такой путь, но я слышал от многих служителей, что детям они советуют не идти после школы в библейские институты или семинарии, но, прежде всего, получить светскую профессию, которая поможет кормить семью.

Что сегодня предлагает молодежи протестантское высшее образование?

Благодаря западной спонсорской поддержке за две декады в евразийском пространстве было создано и отстроено много христианских учебных заведений. Большая часть из них, однако, создавалась исключительно для библейско-богословского и практического образования служителей церкви. В аккредитационной ассоциации богословских школ Евразии (ЕААА) таких учебных заведений зарегистрировано более полусотни. А вот в сфере светского профессионального образования протестантские учебные заведения сегодня все еще можно сосчитать по пальцам одной руки. Кто-то скажет: — а зачем они, есть же светские ВУЗы, где можно получить хорошее профессиональное образование? Ответим пока вопросом на вопрос. А как и где современный христианин интегрирует полученные профессиональные знания, основанные на светском гуманизме и эклектике постмодернизма, со своей верой?

Всякое профессиональное образование, а особенно гуманитарное, строится на определенной философской основе, поэтому в протестантской среде было стремление создать ВУЗы, где светские специальности изучаются на основе христианского мировоззрения. С начала 90х в России существуют два протестантских университета: Санкт-Петербургский Христианский Университет (СПХУ) и Кубанский Христианский Университет (КЕХУ, Краснодар). Однако процесс развертки гуманитарных факультетов в них еще на начальном этапе. На Украине тоже есть подобные университеты: Донецкий Христианский Университет (ДХУ) и Киевский Христианский Университет (КХУ). Почти все программы в этих университетах пока нацелены на профессиональную подготовку служителей церквей, хотя само понятие профессионализм и служение у многих христиан «про разное». Профессионализм – это про работу, а служение – это не работа. В последние годы мы начинаем осознавать проблематичность такого подхода. Важным шагом в этом направлении являются программы по лидерству, которые помогают верующим развивать управленческие навыки и применять их не только в церкви, но и там, где они работают.

Если христианские университеты – это не совсем еще университеты, то где же можно получить профессиональное образование по светским специальностям, но на основе христианского мировоззрения? В России сегодня есть всего два ВУЗа, изначально строившихся не для подготовки церковно-служителей. Один из них – это Русско-американский институт (РАИ), который сейчас проходит через процесс серьезных преобразований. Другой — имеющая государственную аккредитацию Русская христианская гуманитарная академия в Санкт-Петербурге (РХГА). Хотя эта академия имеет православную ориентацию, в нее с радостью принимают для обучения и протестантов. В РХГА есть следующие факультеты: «мировые языки и культура», «философия богословие и религиоведение», «психология». В РАИ были факультеты «бизнес и экономика», «лингвистика», «социальная работа». Обновление деятельности института сегодня происходит через кафедру «социальной работы и консультирования». В Украине следует упомянуть Христианский гуманитарно-экономический университет в Одессе, но в целом ситуация с высшим христианским образованием по светским специальностям на Украине и в других странах Евразии, где есть религиозная свобода не лучше, чем в России.

Из сказанного можно сделать вывод, что протестантские церкви в наших странах не воспринимают как свою задачу подготовки (или хотя бы переподготовки) учителей, психологов, социальных работников и других специалистов, чье мировоззрение может значимо повлиять на духовный климат в местах их работы. Это означает, что решение этой задачи почти полностью отдано на откуп светским ВУЗам и коммерческим организациям.

А что происходит в сфере образования служителей церкви? Так как основной акцент в протестантском высшем образовании был сделан на развитии библейско-богословских программ и практической подготовке служителей церкви, то в этом достигнуты большие результаты. То о чем в девяностом году верующие могли только мечтать, сегодня предлагается в большом разнообразии содержания и форм. Однако при этом, у большинства богословских учебных заведений сегодня остро стоит вопрос – как привлечь студентов? Особенно сложно стало с набором на очную форму обучения и многие очные программы закрыты.

Как интерпретировать такую ситуацию с абитуриентами?

Я слышал такие ответы:
— Кого могли мы уже отучили, а новых людей сейчас в евангельские церкви значительно меньше стало приходить.
— Верующие стали прагматичны и не готовы тратить время и деньги на то, что не принесет им прибыли.
— Люди стали столь заняты, что не могут вырваться из своих дел, а качественное образование требует времени.

Значит ли описанная ситуация в богословском образовании, что верующие не готовы тратить время и деньги на высшее образование? Нет, тратить готовы, но в основном только на профессиональное и дополнительное образование, включая семинары, тренинги и повышение квалификации. Много ли предлагают в этой сфере протестантские ВУЗы? Получается, что в сфере высшего и дополнительного образования мы имеем явный перекос в спросе и предложении.

Предлагаемый «товар» мало востребован, а то, на что есть спрос у нас либо нет, либо в очень малых количествах.

Предположу, что проблемная ситуация нынешнего этапа развития русскоязычного протестантского высшего образования уже была заложена на этапе постановки задачи, а планирование оказалось дефициентно из-за доктринальной непроработанности одной из важных доктрин протестантизма — учения о всеобщем священстве и вытекающем из него оправдании профессионального труда как служения Богу наравне со служением священников.

Вернемся к определению понятий служение и теме профессионализма в служении. Вспомним, как описана роль учителя в послании к Ефесянам: «И Он поставил одних Апостолами, других пророками, иных Евангелистами, иных пастырями и учителями, к совершению святых, на дело служения, для созидания Тела Христова ( Еф 4:11–12)». Кого должны образовывать учители в церкви? Только «священников» — тех, кто будет нести служение в рамках церковной деятельности, или всех святых, большинство из которых работают на обычных человеческих работах. Слышу возражение из семинарий — так мы всех святых в церкви учим!

Обращаюсь к тем, чье призвание нести и развивать учительское служение в Церкви, в том числе и к работникам богословских учебных заведений. Давайте снова осмыслим задачу христианского высшего образования. Кого мы призваны образовывать? Служителей? Так если каждый христианин призван служить Богу, в соответствии со своими дарами и талантами, может, стоит уйти от жесткого деления на тех, кто служит в рамках поместных общин, миссий и тех, кто служит Богу в своей профессиональной деятельности? Зададим себе вопрос – а чья ответственность помогать будущим педагогам и психологам обретать не только профессиональные знания, но и основывать их на христианском мировоззрении? Кто будет помогать христианам врачам, военным, политикам, управленцам, инженерам и ученым переосмысливать свои профессиональные знания и компетенции в рамках христианского взгляда на природу и технологии, человека и Бога, мышление и деятельность?

Мы вернулись к важному вопросу о том, кто должен помогать верующим учиться целостно воспринимать свою церковную и профессиональную жизнь как служение Богу, причем не только на уровне мотивационных проповедей, а через тренинги, интеграционные семинары, ролевые игры и другие эффективные образовательные технологии. С одной стороны эта задача должна решаться в поместных общинах, но далеко не всегда у руководителей общин есть достаточные для этого компетенции. С другой стороны за двадцать лет выстроена развитая система богословского образования, которая вполне способна внести серьезный вклад в решение этой задачи. Вопрос в том, а воспримут ли богословские ВУЗы эту задачу как свою? Существующие христианские ВУЗы решают эти задачи, но их усилий явно недостаточно.

В заключение отметим, что задачи, которые перед собой ставят протестантские учебные заведения, напрямую зависят от того, как понимается в Церкви служение Богу. Протестантская Европа уже пятьсот лет назад придала труду христианина на его рабочем месте статус служения, и осмысление этой части реформационного наследия поможет протестантским учебным заведениям обновить понимание своей миссии и по-новому увидеть свою роль в Церкви и в обществе.

Алексей Горбачев,
Ректор Евроазиатской богословский семинарии, г. Москва.
специально для Baznica.Info